«Главные слова» с группой ГРОТ

Мы продолжаем серию бесед с отечественными рэперами под названием «Главные слова». Великий философ XX века Жиль Делёз незадолго до смерти дал интервью под названием «Алфавит Жиля Делёза». Суть интервью заключалась в том, что интервьюер (ученица Делёза) называла слова в алфавитном порядке, а философ разъяснял их. Нечто подобное мы решили сделать с русскими рэперами. Эта серия интервью, с одной стороны, даст возможность лучше узнать того или иного рэпера, а с другой — позволит составить себе совокупное представление о том, что мы зовем русским рэпом. Ведь если мы принимаем факт, что русский рэп есть феномен нашей современной культуры, с которым нельзя не считаться, то нам просто необходимо такое интегральное представление о нём. Подступом к такому интегральному представлению о русском рэпе и является серия наших интервью. Ведёт беседы Андрей Коробов-Латынцев.

Грот. Интервью с Дмитрием Геращенко и Виталием Евсеевым

Фото © Андрей Давыдовский

Четвертая беседа нашей рубрики — с Дмитрием Геращенко и Виталием Евсеевым из группы ГРОТ.

Андрей Коробов-Латынцев: Дмитрий, Виталий, спасибо вам, что согласились принять участие в наших беседах, приветствую вас! Схема наших бесед взята из знаменитого интервью Жиля Делёза под названием «Алфавит», суть такова: я вам называю слово — а вы мне в ответ своё определение или свои мысли по поводу слова, соображения, быть может, просто ассоциации или историю. В любом случае, это лишь условный каркас для живой дружеской беседы. Итак, приступим?

Первое ваше слово — тайна.

Дмитрий Геращенко: Тайна — это двигатель. Это первопричина всех открытий, когда-либо совершенных на Земле. Нас пленит все загадочное, неизвестное, непознанное. Мы тянемся к тайне, эта тяга прописана в самых основах человеческой природы, без нее мы до сих пор жили бы в пещерах.

Виталий Евсеев: Почему-то первая ассоциация о тайне вечной, о тайне, которая навсегда останется тайной. Я не раз ощущал эту тайну как клетку со стальными решетками, такое ощущение возникает, когда постоянно задаешь вопросы. Что находится за границами рождения и смерти? Тайна устройства мира и всех его тонких механизмов. Тайна смысла жизни. Чёрная бездонная тайна космоса. Тайна истории. Что было на Земле десятки тысяч лет назад, и что будет спустя десятки тысяч лет после нашей смерти? Одни ли мы во Вселенной? Что значит «Создатель» и почему так разнятся взгляды на этот вопрос? Вопросов очень много, они уводят за собой в лабиринты теорий, догадок и ассоциаций, один вопрос порождает вопрос следующий, как дорожный указатель, ведущий к новому повороту: долго следуешь вглубь, упираешься в перекресток или приходишь к стене, в глухой тупик… Порой кажется, что это своего рода изящное наказание — с рождения нам выдана возможность задавать вопросы, строить эти самые теории, варианты и догадки, но прямого ответа никто и никогда не даёт. Тысячи ученых, мыслителей, врачей, астрологов, религиоведов и других научных деятелей с разных концов света каждый день ныряют в бездну за ответами, но когда открывается одна дверь, за ней следует дверь следующая.

Андрей: Действительно, способность вопрошать — одна из главных способностей человека. Но как выдержать вопрос, оставшийся без ответа? Вот, наверное, вопрос всех вопросов, потому что это вопрос о том, как вообще жить человеку в мире! И ведь самое страшное, что для многих людей такого вопроса вовсе не существует, они довольствуются удобными ответами и даже не понимают, что человеку открыт великий горизонт бытия, но открывается он только через философское вопрошание. Кстати, о философии. Понятно, что мы так или иначе говорим на философские темы, поэтому я спрошу: есть у вас какие-то философские предпочтения? Отдельные философы или, может быть, целые философские направления? Я не в том смысле, что вот вы являетесь, например, пифагорейцами или стоиками, я именно про симпатии к тому или иному философскому течению. Есть у вас такие?

Дмитрий: Из последних потрясений — Антуан де Сент-Экзюпери и Кен Уилбер.

А.: Да, Уилбер, конечно, впечатляет своей систематичностью. Или даже схематичностью, быть может. Такое уже давно пропало из философии, и, пожалуй, мы нуждаемся вновь в таких подробных мировоззренческих системах. Однако к Уилберу все-таки есть немало вопросов. Например, касательно этого его стремления составить картографию, карту. Какова эта карта и к чему она ведет? Если это стремление составить лишь объективную карту реальности без указания пункта назначения, то тогда вопрос: а кому эта карта попадает в руки? Какую цель может выбрать человек, пользуясь это картой? И не располагает ли сама эта карта к постановке каких-нибудь целей? Это для меня один из основных вопросов к Уилберу (не мог не сказать об этом). В целом, конечно, да, я полагаю что Уилбер как систематизатор и подытоживатель останется в истории человеческой мысли.

Следующее слово — чудо.

Д.: Мне кажется, отношение к слову «чудо» сегодня несколько искаженное. Чудом называют летающих людей или разговаривающих животных, но по-настоящему непостижимые и вселенские чудеса для нас стали обыденностью, притерлись и не замечаются. Приведу пример из своей жизни. На протяжении пяти лет у меня периодически пропадают обоняние и вкус. И как-то неосознанно, на автомате, я стал очень глубоко задумываться о самой природе этих чувств. Человек съедает фрукт, получает витамины, утоляет голод, жажду, и помимо этого всего, помимо того, что ему жизненно необходимо, чувствует еще вкус и аромат, которые доставляют ему радость. Это то, что не служит нашему фактическому жизнеобеспечению, без этих двух чувств мы можем совершенно спокойно жить и развиваться. Но когда они исчезают, когда мир вокруг становится никаким, немым, я понимаю, насколько дорог этот подарок. В наличии у нас обоняния и вкуса отчетливо читается любовь. Мы рождаемся, и нас любят, это чудо из чудес.

А.: Да, действительно, такое забвение насущного, пусть не самого главного, но все же чего-то такого, без чего полнота нашей жизни невозможна. Мы не помним про обоняние или вкус, пока они есть, и не удивляемся им, а ведь в действительности у нас есть шанс бесконечного удивления перед тем, что мы есть, не говоря уже об удивлении пред тем, чем мы можем стать!

В.: Я думаю, что чудеса — это разрыв шаблонов; это нечто, выходящее за рамки реальности. Однажды читал, что в Африке до сих пор есть дикие племена, которые падают и начинают молиться при виде летящего по небу самолета. Летящая по небу железная машина весом в несколько десятков тонн — это разрыв их реальности, это чудо. Для нас самолет — это нормально и обыденно. По сути, нас повсюду окружают вещи, которые когда-то являлись чудесами. Представь себе: если вернуться в прошлое и показать средневековому человеку интернет и скайп, объяснить, что с помощью этой штуки он сможет разговаривать с другим человеком, находящимся за тысячи километров отсюда, и видеть его. Для средневекового человека это будет буквальным чудом, это порвет в клочья его представления о Мире. Таких сравнений можно привести очень много. Я всегда вспоминаю эти дикие африканские племена и пример про средневековых людей, когда задумываюсь о вещах, которые являются чудесами для нас сегодняшних — передача мыслей на расстоянии, бесконтактное влияние на человека, перемещение на огромные расстояния за минуты и многое другое… С точки зрения современной жизни это кажется тяжелым бредом, но ведь и самолеты, телефоны и скайпы, интернет и прочее когда-то являлись тяжелым бредом для средневекового человека. То, что сегодня для нас чудо, через год может стать скучной обыденностью.

А.: Но есть и другой пример, тоже про самолет и дикое племя. Над диким племенем, отрезанным от цивилизации, тоже пролетал самолет, чуть ли не каждый день. И вот дикари его вовсе не замечали. Наверное, самолет настолько не вписывался в их таинственный и самодостаточный магический мир духов и демонов, что заметить его было просто нереально! Это я к тому, что технический прогресс, который из века в век ломает наши стереотипы о возможном, это ещё не главное чудо; что всё-таки в человеке таятся такие чудеса, такие бездны и такие высоты, что и представить страшно, и самые главные чудеса стоит искать именно там, я думаю, — в реальности человеческого духа. И даже когда мы сможем передавать мысли на расстоянии или трансгрессировать на огромные расстояния в одно мгновение, даже тогда человеческая душа будет оставаться главной загадкой, а происходящее с ней будет главным чудом.

В.: Я считаю, что чудо технического прогресса — это одно из следствий чудес, происходящих внутри человека.

А.: Да, внешние чудеса как нечто, что результирует чудеса внутренние. А с тобой, Виталий, происходили такие события, которые можно назвать чудом? Нечто, разрывающее шаблоны реальности, если следовать твоему определению?

В.: У меня был разрыв шаблонов, когда во время медитации под руководством опытного тренера я на несколько секунд ощутил, что покинул физическое тело, перестал ощущать его габариты и форму. Тело будто совсем исчезло, растворилось в окружающем пространстве… Это ощущение непросто описать словами. Это было впервые в жизни, и это был разрыв шаблонов, я тогда понял, что человек способен на большее, чем мы привыкли думать.

А.: Следующее слово — кумир.

В.: Кумир это всегда вдохновение. Нельзя отрицать того факта, что людям часто нужен герой, путеводная звезда, светящийся пример того, как можно прожить свою жизнь. Не думаю, что в этом есть что-то плохое, если это не крайность, доходящая до полного копирования. Меня всегда вдохновляли и служили примером судьбы разных великих и знаменитых людей. Тут важно чётко проводить грань между «вдохновляться, брать пример» и «копировать, пытаться пройти путь кумира, вместо своего собственного Пути»; первое полезно, второе плачевно.

Дмитрий Геращенко (Грот)

Фото © Андрей Давыдовский

Д.: У слова «кумир» наверняка есть не один десяток трактовок, но если говорить об ассоциациях, то, в данном случае, они почему-то очень теплые, детские. Кумир — как лучший пример, как ориентир. Юрий Гагарин, Василий Зайцев, Лев Яшин. Что-то есть в этом слове нерушимое, сияющее, сильное.

А.: Согласен с Виталием, копировать чужой Путь не лучшее, чем можно заняться в жизни! А вы, ребята, чувствуете, что для многих людей в России стали кумирами? Что на вас равняются? Есть какие-то переживания по этому поводу? Может быть, это вас беспокоит, или наоборот?

Д.: Мы чувствуем ответственность. Есть переживания по тому поводу, что нас часто неправильно трактуют и понимают. К примеру, строчка из припева песни «Влюбись»: «Подойди к окну и влюбись в полёт» — одним из слушателей была воспринята как призыв к суициду. Метафоры часто воспринимаются слишком буквально и прямолинейно, но тут уж ничего не поделаешь. Есть выражение по этому поводу (авторство, к сожалению, не знаю): «Я отвечаю за то, что я сказал, и не отвечаю за то, что ты услышал».

А.: Да, действительно, страшный пример про самоубийство. Следующее слово во многом, на мой взгляд, противоположно предыдущему, и это слово учитель.

Д.: В идеале, учитель — это опыт. Только у такого учителя нужно еще уметь учиться. Заметить урок, который преподносят жизненные обстоятельства, бывает очень сложно, поэтому мы часто совершаем одни и те же ошибки. Если говорить о профессии, то учитель — это мастер, художник, творец. Научить человека посредством чужого опыта и чужих ошибок, и не просто рассказать об этом, а именно научить чему-то, привить навык — это искусство.

В.: Со словом «учитель» также сразу приходит на ум слово «ответственность». Учитель навсегда неразрывно связан с учениками, которых обучил и выпустил в жизнь. В каждом их шаге на дороге жизни, в каждом решении, в каждом повороте головы будут наставления учителя, воспитание учителя и все то, что учитель в них закладывал. Я говорю о понятии «учитель» в широком смысле, от школьного учителя до духовного наставника; от родителей, которые обучают ребенка жизни, до тренера, который учит спортсмена выстоять в бою. Учитель продолжится в своих учениках, в их поступках и стремлениях.

А.: Я думаю, возвращаясь к предыдущему слову, что в этом как раз отличие учителя от кумира. С учителем есть обратная связь, учитель должен признать ученика, как и ученик — учителя, учитель должен быть рядом и оберегать ученика до поры до времени, а кумир остается отдалённым, с ним нет обратной связи… Встреча с реальным учителем, с личностью, это, конечно, огромное счастье. У вас был такой учитель в жизни?

В.: Конкретного человека такого не встречалось, может всё еще впереди. Пока что самыми лучшими учителями были жизненные обстоятельства, родители, друзья и книги.

А.: Следующее слово — враг.

В.: Враг это то, что помогает развиваться и работать над собой, держит в тонусе. Наличие врага как щелчок по носу от жизни, который не дает уснуть, расслабится, скиснуть и стать аморфным.

Д.: Враг — это, в первую очередь, твой рост. Враг — это больно, тяжело, страшно, но без всего этого невозможно стать сильным, выносливым и смелым. Гроза для летчика — враг, десятый раз попадая в грозу, он уже отчетливо понимает, что нужно делать, и точно не пропадет, спасибо грозе. Наши враги и вообще всё, что нам каким-то образом сопротивляется, оттачивают жизненно необходимые качества нашего характера. В этом смысле враг — один из наших лучших друзей.

А.: Имеете таких врагов сами? Ведь, согласитесь, такое восприятие врага усложняет отношение к другу, вообще эти два понятия тогда едва ли не размываются и переплетаются. На словах все работает, мой враг делает меня сильнее, но кто же тогда мой друг?!

Д.: В словах, трактовках и определениях можно увязнуть как в болоте. Враг — это и человек, который меня ненавидит и хочет убить, и моя собственная лень, которой приходится сопротивляться, и мой голод, причиняющий мне боль, которую я постоянно вынужден гасить. Всё вышеперечисленное можно назвать и моими друзьями, потому что они способствуют моему росту.

В.: Мы наблюдаем людей, которые считают нас своими врагами, но сами мы не ощущаем, что у нас есть враги. Друг тоже способствует росту и развитию, но в отличии от врага, с другом можно поделится самым сокровенным, идти плечом к плечу, вместе встречать трудности; друг — это опора. С этой стороны линия между понятиями «друг» и «враг» очень отчетлива.

А.: Далее у нас по плану слово прогресс.

Д.: «Прогресс» в этом контексте очень похож на «чудо». Кто-то должен предположить, что огромный кусок железа может летать по небу. Предположить и горячо поверить в это! Вот эта вера и называется прогрессом. Не стали бы конструкторы корпеть над макетами, а испытатели рисковать своими жизнями, если бы не верили в полет. Прогресс — это вдохновение. Ты чувствуешь, что сможешь, что на верном пути, и ставишь на кон все, что у тебя есть, посвящаешь этому жизнь. Прогресс — это выйти за рамки, за доктрины и каноны, за «невозможно» и «доказано». Те, кто в итоге оказывались двигателями прогресса, всегда шли против официальной науки.

А.: Достоевский от имени Раскольникова в своем «Преступлении и наказании» называет таких людей преступниками, — именно в том смысле, что эти люди выступают против официальной науки и ломают привычные устоявшиеся парадигмы. Прогресс, в такой трактовке, вовсе не гарантирован нам естественным развитием, наоборот, прогресс есть нечто сверхъестественное, неприродное. Но как же тогда быть с мифическим Золотым веком? Я о том, что предполагается, будто далеко в прошлое отброшен от нас век, когда люди жили в гармонии с природой и друг с другом, и не печалились, не горевали, а только созерцали совершенство… Греки, например, верили в такой золотой век, хотя сами же греки и подарили нам прогресс, науку, философию и еще много чего. Что ты, Дмитрий, думаешь об этой идее, о так называемом «Золотом веке»?

Д.: «Золотой век», как рай на Земле, как место, в котором нет горя и боли, а есть лишь блаженство и счастье — такого я представить не могу. Это как представить выпуклое без вогнутого, белое на белом. На планете всегда был холод и тьма, поэтому человеку так необходим был огонь, и добыча огня стала одним из первых проявлений прогресса. Прогресс как ответ на задачи, которые ставит перед нами жизнь. Я не считаю прогресс чем-то противоестественным, чем-то, что противостоит природе. Чтобы жить в гармонии с природой, мы должны изучить принципы её устройства. Из-за прогресса мы загрязняем воздух выхлопными газами, и перестать это делать сможем только благодаря ему же. Путь гармонии очень долгий и сложный.

Виталий Евсеев (Грот)

Фото © Андрей Давыдовский

В.: На протяжении всей истории, в разные ее периоды, на свет появлялись дети, которых никак не удавалось подогнать под общепринятое, заставить следовать правилам и нормам своего времени. Они вырастали бунтарями и спорщиками, и даже находясь в критическом меньшинстве, продолжали верить в свою «ересь». Один из таких бунтарей долгое время боялся заявить вслух о своем предположении, что Земля круглая, ведь в его время все самые продвинутые ученые придерживались совсем иной точки зрения. Другого подобного бунтаря предали огню за убежденность в том, что Земля не является центром Вселенной, а вращается вокруг солнца. Тысячи бунтарей, вопреки общепринятому мнению, делали прорывы в медицине, физике, астрономии, биологии и других науках, толкая вперед эпоху за эпохой. Перед тем, как человечество впервые начало осваивать космос, появились те, кто слепо верил в то, что это возможно. Примеров много, примером служит наша нынешняя жизнь. Благодаря тем, кто в свое время с треском рвал существующие в обществе представления о Мире, мы сегодня общаемся на расстоянии, нажимая несколько кнопок на своем мобильном, за считанные часы перемещаемся по воздуху с одного материка на другой, изучаем ДНК, отправляем роботов на ближайшие к нам планеты солнечной системы и многое другое. Часто, так называемые «бунтари», со своей наивной верой в невозможное, и становились в итоге двигателями прогресса… На днях у нас как раз вышла песня на эту тему.

А.: Кстати, ведь что земля круглая, предположили опять же первыми именно греки, Аристарх Самосский, ученый был такой… А люди, которые были убеждены в возможности полетов в космос — это были русские: Циолковский, Вернадский, философ Николай Фёдоров! Это была целая философия русского космизма, она и сейчас есть и усиленно разрабатывается. Очень рекомендую вам ознакомиться с трудами Николай Федорова, прочитать его книгу «Философию общего дела», например… Я думаю, это будет вам близко по мысли и по настрою! А следующее слово у нас — цель.

В.: Цели должны быть большими, должны еле умещаться в рамки человеческой жизни, или вообще не умещаться. Часто в наше время люди делают целями всей своей жизни квартиру, машину, стабильную работу… А когда, годам, допустим, к тридцати, достигают этих целей, то сидят в своей квартире, с машиной во дворе, с надежной работой, и не знают, куда дальше идти… Цель всей жизни достигнута, а жизнь впереди еще большая и долгая. Также конечной целью часто делают деньги, забывая, что деньги должны быть лишь лестницей к более высшей цели. К примеру, можно поставить цель — развитие медицины и лечение тяжело больных, — большая цель, для этого нужны большие деньги. Деньги нужны для покупки оборудования, препаратов, для лабораторий, для проведения экспериментов и опытов, деньги для продвижения более высшей цели — медицины, науки. Никак не деньги ради самих денег.

Д.: Цель — это наше отражение, проекция нашей личности в материальном мире. Человек — это не его тело, не его привычки и даже не его характер. Человек — это его поступки. Поступки, которые сплетаются всю его жизнь, влияют на окружающий мир и в итоге выливаются в форму, становятся явлением, событием, движением, философией, становятся просто улыбками и благодарностью, возможно, даже незнакомых тебе людей, чьей-то безопасностью, теплом, уютом, здоровьем, вдохновением. Эта форма и есть наша цель, цель всей жизни.

А.: Здесь естественный вопрос к вам, ребята — ваши цели?

В.: Сегодня творчество по большей части служит развлечению в худшем понимании этого слова, но так было далеко не всегда, и по нашему мнению быть не должно. Своим творчеством мы хотим быть полезны окружающим, хотим, чтобы оно являлось опорой в трудную минуту, вдохновением, источником внутренних сил, «зарядкой» и «лекарством». Такой цели хочется посвятить всю свою жизнь.

А.: Очень похвально, когда люди ставят себе такие цели! Последнее слово — счастье.

Д.: Счастье — это компас. Иногда возникает ощущение, что в жизни нам предписано пройти определенный путь, отточить определённые грани своей личности, получить определённый опыт. В огромном количестве дорог мы упорно следуем только к одной, ищем её, зачастую даже не осознавая этого. В этих поисках нашим помощником может быть только счастье. Скажем, один человек собирает лечебные травы в горах, другой устроился воспитателем в детский сад, а третий открыл рекламное агентство — почему бы им не поменяться местами? Потому что каждый из них погружается в тот мир, в котором ему комфортно, легко, светло и радостно; мир, в котором он счастлив. Даже если ты запутался, растерялся, пошел за чьими-то советами или за модой, заблудился в вариантах или поспешил с выбором — компас знает своё дело, и ты обязательно почувствуешь, что не на своем месте ты несчастен. А вот решишься ли ты изменить свою жизнь, покинуть зону комфорта — это тёплое, насиженное и, может быть, хорошо оплачиваемое место, — и продолжить поиски, рискнуть пойти за далёкой, несбыточной, но твоей мечтой, вот это уже другой вопрос.

Выход EP «На связи» запланирован на 25 сентября 2014

Выход EP «На связи» запланирован на 25 сентября 2014

В.: Я вспоминаю момент наивысшего счастья, к примеру, когда мы пять минут назад выложили в сеть новый альбом, над которым работали год. В эти минуты я забываю и отпускаю какие-то давние обиды, в эти минуты хочется обнять и простить даже самых злейших своих недругов, в эти минуты грудь, как глиняный кувшин, наполняется светом и добром ко всему живому и неживому, и эти самые свет и добро просто вымещают изнутри все плохие чувства. Это и есть счастье. Однажды я задумался о том, что человек может быть зол, обидчив и способен на месть не оттого, что окружающие его люди настолько плохи, а оттого, что человек этот несчастен.

А.: Да, действительно, несчастный человек, как говорили еще и Сократ, и отцы Церкви, это человек, творящий зло. Мне думается, что очень просто стать несчастным в мире, где столько несчастья, зла, обид и горя. И очень сложно в этом мире заговорить о счастье – счастье быть самим собой, счастье быть со своими близкими, счастье делать любимое дело, счастье помогать людям… Для этого действительно нужно мужество, мужество быть, но для этого нужна и поддержка, высшая поддержка, неотмирная — божественная… Спасибо вам, ребята, за теплую и интересную беседу! Надеюсь, не один раз ещё так поговорим!

Ваш комментарий будет первым

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.