Рэп-культура и символы времени. Синопсис

Этот текст писался в прошлом году как синопсис для большой монографии по одному гранту. Увы, грант нам не дали, а текст остался. Поскольку для дальнейшего исследования феномена русского рэпа этот текст может представлять интерес, я решил опубликовать его.

АЮ.



Рэп-культура и символы времени. Синопсис

 

  1. Введение

 

Современный отечественный писатель Захар Прилепин назвал рэп “национальной музыкой” в России. В этом определении, несомненно,  присутствует оценочность, однако даже если избежать оценки русского рэпа, все равно придется признать, что рэп и в России и в мире является сегодня одной из самых распространенных музыкальных форм. Именно поэтому оставить это явление без рассмотрения будет просто непростительно. Рэп, и конкретно русский рэп, представляет из себя культурный феномен, нуждающийся в подробном рассмотрении с разных сторон. В этом состоит первый тезис предполагаемого исследования.

Задача предполагаемого исследования состоит в том, чтобы рассмотреть этот культурный феномен всесторонне. Определить, феноменом какой именно культуры является русский рэп: если это феномен культуры отечественной, то в чем его самобытность и каким образом рэп как форма западной культуры выходит к аутентичной русской почве и питается ее соками? Какова структура русского рэпа? В чем специфика рэп-дискурса в России? При помощи каких методов можно рассмотреть феномен русского рэпа наиболее адекватно? Что русский рэп может сказать нам о современности? Если рэп предстает перед нами как некоторая знаковая система, как некий язык, при помощи которого мы можем сказать нечто важное о нас самих и о мире, который нас окружает, то нам необходим также и метаязык, при помощи которого мы сможем осознать русский рэп как специфический феномен отечественной культуры. Что может выполнить функцию такого языка?

Название предполагаемого исследования отсылает нас к работе одиозного современного философа А.Г. Дугина, который в 2005 году опубликовал работу “Поп-культура и знаки времени”. Работа Дугина была посвящена популярной музыке. Как указано в аннотации к книге, она полна неожиданных и парадоксальных суждений, а также “ироничного бреда и многомудрой герменевтики” (слова из аннотации издания 2005 года). Одним словом, книга Дугина, будучи посвященной постмодернистской теме (поп-музыка) в то же время сама стала феноменом постмодерна. Наше же исследование запланировано совершенно в ином духе, хотя оно также будет предполагать дистанцию от рассматриваемого феномена (русский рэп), но дистанция эта будет определяться не иронией, а стремлением как можно более объективно и всесторонне рассмотреть предмет исследований. В каком-то смысле эта книга даже будет ответом Дугину, спором с ним.

Книга Дугина была посвящена рассмотрению поп-культуры как выразителя духа времени. Дугин разыскивал в текстах песен поп-культуры некие глубинные смыслы, и если не находил их, то сам произвольно внедрял их в произведение, доводя до предельного абсурда интерпретацию поп-произведений при помощи философского и культурологического инструментария (например, интерпретация Дугиным песни Кати Лель “Мармеладный”). Мы же считаем, что русский рэп не следует наделять некими смыслами извне, но внутри рэпа мы можем найти многое, что сказало бы нам о духе времени. Этим определяется концепция предполагаемого исследования, которую мы отразили в наименовании — “Рэп-культура и символы времени”.

В структуре рэп-дискурса как дискурса субкультуры мы отыскиваем то, что отсылает нас к глобальным дискурсам, к макронарративам (например, христианство или идеологические системы), т.е. то, что работает как символ.

Таким образом, под символом мы в нашем исследовании будем понимать знак, отсылающий нас к чему-то большему, чем он сам. Как верно указывает Э. Кассирер, понятие “символ” постоянно требует переосмысления, и мы в своем переосмыслении символа будем руководствоваться как раз пониманием Кассирера,  а также Н.А. Бердяева, Вяч. Иванова и А.Ф. Лосева.

Символ в нашем понимании работает, прежде всего, как гиперссылка. И в этом смысле русский рэп переполнен гиперссылками. Эти гиперссылки затрудняют понимание рэпа, которое исходило бы только из самого рэпа, ничего не прибавляя к интерпретации лишнего. Трудность задачи состоит в том, что составить полноценную матрицу понимая русского рэпа как субкультуры, как микронарратива представляется почти невозможным именно потому, что русский рэп постоянно отсылает нас к чему-то большему, чем русский рэп. Этот тезис можно выразить так (одновременно подступаясь к вопросу о том, что же делает русский рэп русским): русский рэп вырывается из рамок, заданных жанром рэп (и, как вариант, именно поэтому становится русским). Можно выразить этот тезис иначе: русский рэп становится как бы площадкой (агоном), на которой сталкиваются различные точки зрения, идеологии, политические, религиозные и даже философские позиции. Т.е., по сути дела, русский рэп создает площадку для диалога, причем эта площадка претендует на всеобщность, которой так недостает современной молодежи, разбитой социальной сетями на микросообщества, почти не связанные друг с другом.

На этой площадке (агоне) создается язык, при помощи которого возможно говорить об актуальных проблемах современного общества, что, конечно, немаловажно, но гораздо важнее то, что на этой площадке конституируется язык, при помощи которого становится возможным обсуждать вечные вопросы человеческого бытия. Т.е., по сути дела, в русском рэпе как площадке (агоне) реанимируются эти самые вечные вопросы человеческого бытия и начинают требовать себе адекватного языка. Это связано именно с тем, что русский рэп наполнен символами, отсылающими нас к мировоззренческим дискурсам прошлого.

В русском рэпе вновь сходятся в спорах западники и славянофилы, либералы с консерваторами, прогрессисты и традиционалисты, левые и правые, христиане и язычники и т.д. Это свойство русского рэпа раскрывает перед нами его суть и показывает отличие от рэпа в России. Это разделение хорошо работает; для того чтобы понять лучше, вспомним споры о том, есть ли самобытно-русская философия или же никакой русской философии нет и есть лишь философия в России (русские шеллингианцы или русские гегельянцы и т.д., но не русские философы как таковые). Так вот, ярким выразителем того, что такое “рэп в России”, является феномен рэп-баттлов, рэп-битв. При таком баттле сходятся два рэпера для того чтобы “спорить” и в этом “споре” доказать свою правоту (крутость). Однако эти рэп-баттлы обыкновенно сводятся к  клоунаде, в споре отсутствуют аргументы, и более того, отсутствуют четкие позиции. В рэп-баттлах не сходятся западники и славянофилы, религиозные люди с атеистами, а в русском рэпе сходятся, и более того, даже претендуют на разрешение спора. Это один из главных показателей.

Для ясности внесем некоторую долю научности в наш синопсис:

Объект исследования: современная отечественная культура

Предмет исследования: русский рэп

Новизна темы исследования. На данный момент очень немного исследований, посвященных феномену русского рэпа. Это связано с тем, что еще не выработан единый взгляд на то, что такое “русский рэп” и не выработана методология, адекватная предмету исследования. Можно со всей уверенностью говорить, что на сегодняшний день нет целостного рассмотрения феномена русского рэпа.

Актуальность выбранной темы. Актуальность темы исследования определяется тем фактом, что феномен русского рэпа остается совершенно неисследованным и неохваченным во всей своей целостности. Между тем ни академический дискурс, ни в целом дискурс отечественной культуры не имеет права пройти мимо такого масштабного феномена, как русский рэп.

Автор предполагаемого исследования намеревается восполнить этот пробел и тем самым положить начало большому диалогу о статусе русского рэпа как феномена культуры. Результат исследования также могут быть использованы при разработке монографий, посвященных современной культуре, а также при разработке университетских курсов на гуманитарных факультетах. Также результате исследования будут интересны специалистам в области современной культуры, а также широкому кругу читателей.

 

 

План предполагаемого исследования (в него, возможно, будут внесены некоторые изменения по ходу работы)

 

  1. Введение. Рэп-культура и символы времени
  2. Методология / Путевые заметки

а. Подходы: журналистика, филология, культурология, философия

б. Варианты классификаций

  1. Рэп в контексте русской литературы и философии

а. Гиперконтексты и цитаты

б. Сюжетика

  1. Рэп и политика

а. Правые

б. Левые

в. Либералы

г. Политически не ангажированные

  1. Рэп и религиозные поиски

а. Христианство

б. Космизм и «интегральные исследования», светский гуманизм

в. Эзотерические практики

г. “Экзистенциализм”, атеизм, бунт.

  1. Послесловие

 

Распишем коротко основные пункты плана. Начнем с методологии.

 

  1. Методология / Путевые заметки.

 

Методология в данном вопросе кране важна, поскольку мы не намереваемся заниматься простым описанием рэп-дискурса, хотя даже и при простом описании необходимо выбрать позицию, с точки зрения которой будет отбираться материал. В предполагаемом исследовании будут использоваться такие методы, как компаративный анализ, сравнительно-исторический анализ, метод философского моделирования и др. Помимо стандартных теоретических методов научного исследования, предполагается также использовать методы практические: так, предполагается провести ряд бесед/интервью с представителями как мейнтрима в русском рэпе, так и с теми представителями русского рэпа, которые не известны широкой публике, но уже приобрели известного в андеграунде и подают большие надежды. Планируется не только включить интервью как приложение к исследованию, но и внедрить комментарии самих рэп-исполнителей в текст исследования как его структурную часть.

В данном пункте  (Методологи / Путевые заметки) планируется рассмотреть основные существующие на данный момент подступы к русскому рэпе со стороны 1) журналистики, 2) культурологии и филологической науки (литературоведения), 3) литературы и 4) философии.

 

а. Подходы: журналистика, филология, культурология, философия

 

Первыми русский рэп заметили журналисты. Это и естественно. Газеты — стрелки времени, так называл их Артур Шопенгауэр. На часах в конце 90-х — начале 2000-ых тогда пробил час рэпа, и журналисты стали указывать на рэп всеми доступными им средствами.

У знаменитой (и ныне распавшейся) рэп-группы Ю.Г. есть такие строки:

“Журналисты пишут статьи в журналы и газеты:

Русский рэп — он на самом деле есть или нету?”

Действительно, в 2000-ом году споры о русском рэпе: есть он или нет? — были на первом месте в сравнении с вопросами о том, а о чем, собственно, русский рэп повествует нам, что он может рассказать, в чем вообще специфика русского рэпа? И вот пока журналисты спорили о том, если русский рэп или нет его, сами же рэпера дали первые подступы к пониманию того, что такое русский рэп. В той же песни группы Ю.Г. есть строки:

“Детище нового света, фольклор Америки

Через океан дошел до нашего берега

По дороге потерял блатные ноты, стал глубже

Мысли от Бога, темы под боком — так и нужно”

Следует констатировать факт, что журналистика не обладает достаточным инструментарием для того, чтобы охватить феномен русского рэпа в его целостности и глубине. Журналистика может зафиксировать основные вехи эволюции русского рэпа, но не осмыслить их. Поэтому касательно журналистики планируется сделать лишь краткий обзор основных порталом и интернет-журналов, посвященных русскому рэпу, а также тех авторов, которые одними из первых стали писать рецензии на рэп-альбомы (например, журналист Андрей Никитин с сайта Rap.ru).

Русская литература, традиционно чуткая к веяниям времени, также не прошла мимо русского рэпа. Так, уже упоминавшийся Захар Прилепин в своем пособии по современной литературе “Книгочет” (Москва, 2012) уделил внимание также и русскому рэпу. Так, он поместил в свою книгу статью “Заметки о русском рэпе”, а также четыре портрета знаковых, с точки зрения писателя, рэперов (Вис Виталис, Ноггано/Баста, Гуф и 25/17).

Но помимо Захара Прилепина, который сделал первые подступы к русскому рэпу со стороны русской литературы, к русскому рэпу до этого уже пробовали подступиться со стороны филологической науки. Так, в 2008 году была опубликована статья “Концептуальное субкультурное кодирование в современных американских и русских рэп-текстах” (автор: Кожелупенко Т.П.), в том же году тот же автор публикует статью “Рэп как язык конфликта в субкультуре хип-хопа”. Другой филолог, доктор филологических наук, профессор Новгородского государственного университета имени Ярослава Мудрого Татьяна Шмелева в 2013 году опубликовала статью “Русский рэп как пространство языкового креатива”.

Так, существуют еще десятки статей филологического характера, посвященные рассмотрению русского рэпа (краткий анализ того, чего добилась филологическая наука в рассмотрении феномена русского рэпа, мы планируем представить в этом пункте исследования), следует сказать, что филологи очень оперативно среагировали на рэп как на феномен языковой и культурный. Однако подобно тому как журналистского инструментария не хватило для того чтобы охватить целостно феномен русского рэпа, так и литературного и филологического оказалось недостаточно для этой цели.

В 2016 году вышла книга “Русский рэп: философские очерки”. Автор: Андрей Коробов-Латынцев, который принимает участие и в данном исследовании. Это одна из первых книг, посвященная философскому осмыслению русского рэпа.

Автор обращался к теме русского рэпа также и в пределах академического дискурса. Так, в 2013 году в Харькове он выступал с докладом “Русский рэп как способ самоидентификации современного поколения” на конференции “Гуманитарные аспекты становления информационного общества” (материалы конференции были опубликованы в Харькова в 2013 году). В том же 2013 году автор выступал на конференции “русское культурное пространство” в МГУ с докладом “Русский рэп как знаковая система” (материалы конференции также опубликованы). В 2015 году — на международной научной конференции “Творчество как национальная стихия: опыт России и Украины” с докладом “Национальная стихия в творчестве современных отечественных рэперов”, в следующем 2016-ом году автор также участвовал в этой конференции (“Творчество как национальная стихия. Смысл творчества: инновации и Dasein”) с докладом “Аксиологические координаты смерти в творчестве рэп-группы 25/17”. Материалы обеих конференций опубликованы в Санкт-Петербурге (соответственно в 2015 и 2016 годах).

Именно при помощи философского инструментария получается подойти к рэпу с тех его сторон, которые остаются недоступны для журналистики, которая занимается описанием, и для филологической науки, ни даже для литературы. Философия не занимается простым описанием русского рэпа, как журналистика, не использует такие методы как анализ. Задача философии — рассмотреть рэп в его целостности, схватить саму суть феномена, не анализировать его, не препарировать на операционном филологическом столе, отделяя концепт от концепта, сюжет от сюжета, но — собрать этот феномен воедино, дав горизонт понимания этого феномена.

 

б. Варианты классификаций

 

Мы предполагаем в своем исследовании определенную классификацию русского рэпа, без которой невозможно обойтись, поскольку нужно отделить ценное в русском рэпе от того, что не представляет ценности. В этом подпункте предполагается проделать работу по выявлению удачных и работающих вариантов классификации русского рэпа, дать анализ критериев, которые используют в том или ином варианте классификации. Первый и самый очевидный  вариант классификации: рэп в России и русский рэп. Отделив русский рэп от рэпа в России (по определению подражательного), далее мы будем рассматривать именно оригинальный русский рэп. И здесь имеет смысл применить как критерий классификации содержательную часть рэп-дискурса. Если рэп это площадка для диалога, то имеет смысл классифицировать рэп по политическому, религиозному и в целом по мировоззренческому признакам. Подробному рассмотрению этих критериев будут посвящены пункты 4 и 5 предполагаемого исследования.

  1. Рэп в контексте русской литературы и философии.

 

а. Гиперконтексты и цитаты

 

Главный тезис предполагаемого исследования состоит в том, что рэп следует рассматривать в контексте отечественной культуры. Русский рэп обращается к традиционным для русской литературы и русской философии сюжетам, по-своему их интерпретируя, продолжая и приобщая к современной ситуации.

Это касается не только цитат и аллюзий на произведения русских классиков и современных писателей, но и в целом тематики как таковой и мироощущения. Так, в песнях группы 25/17, например, можно встретить цитаты из Андрея Платонова, но гораздо интереснее, что в некоторых песнях этой рэп-группы мы без цитат можем узнать мироощущение Платонова – главным образом через язык, напоминающий художественный язык Платонова, приближающийся к нему. Причем это приближение к языку  становится возможным через приближение к мироощущению.

Другой пример – творчество рэп-группы «Соль Земли» и конкретно её хедлайнера Артема Саграды. В творчестве Саграды также встречаются прямые и скрытые цитаты из русских классиков, что говорит о том что он как рэпер работает в гиперконтексте русской литературы. Так, например, у Саграды в песне «Лишенный сана», представляющей картину Третьей Мировой войны, есть такие строчки:

«Хватай ухой паёк и свое оружие

Нью-Йорк, как Карфаген, должен быть разрушен!»

Эти строки – скрытая цитата из Константина Николаевича Леонтьева, русского философа-консерватора XIX века, который и назвал впервые Соединенные Штаты Америки Карфагеном современности.

В качестве серьезной работы с гиперконтекстом стоит привести в пример также группу «Записки неизвестного», которая очень трепетно подходит не только к цитированию (скрытому или явному), но и к работе с сюжетом.

 

б. Сюжетика

 

Особое место в русском рэпе занимают сюжеты Ф.М. Достоевского. Группа «Записки неизвестного», например, продолжает сюжет Ивана Карамазова. Автор и исполнитель песен группы, Владимир Журавль, мог бы вслед за Николаем Бердяевым повторить, что он «человек Достоевского, продолжатель Ивана Карамазова». Здесь имеется, прежде всего, конечно же, сюжет бунта и богоискательства.

Достоевские сюжеты встречаются и у группы «Соль Земли». Так, в песне «Госпиталь» есть строки «он вышел из окна, прижав икону к груди», которые являются явной отсылкой к рассказу Достоевского «Кроткая». Эти сюжеты можно рассматривать очень долго. Как правило, интерес к сюжетике Достоевского говорит об интересе к миру Достоевского. Так, рэпер Хаски в одном из своих интервью говорит, что он чувствует себя в мире Достоевского органично, и хотя в рэп-текстах Хаски не встречаются фабулы из Достоевского как такового, тем не менее творческий рэп-мир Хаски («хаскианский» рэп-дискурс) весь проникнут мироощущением, близким к Достоевскому.

В подпункте «Сюжетика» планируется дать подробный анализ сюжетов из русской литературы, которые актуализировались в русском рэпе и нашли для себя в русском рэпе творческое продолжение.

 

  1. Рэп и политика

           

Рэп как жанр уже в своих истоках постулирует свою социальную обеспокоенность, интерес к острой социальной и политической проблематике. Поэтому неудивительно, что и русский рэп, который становится площадкой для диалога различных мировоззренческих точек зрения, также имеет отношение к политике.

Мы предлагаем выделить в русском рэпе несколько условных направлений: правые, левые и либералы. Отдельно политически нейтральные рэп-исполнители.

 

а. Правые

«Правый рэп» возникает приблизительно в 2002-ом году, когда Андрей Бледный создает лейбл «Засада». Этот лейбл и становится цитаделью «правого рэпа», вокруг него собираются право-ориентированные рэп-исполнители и еще более право-ориентированные рэп-слушатели.

В 2010 году лейбл «Засада» перестал существовать, однако правый рэп существовать не перестал, и продолжает существовать и по сегодняшний момент. Пожалуй, следует сказать, что это направление является сегодня в русском рэпе одновременно и наиболее популярным, и наиболее маргинальным, прежде всего за счет того что правое движение само по себе дискредитировало себя за последние несколько лет в России. Кроме того, к этому направлению часто относятся рэперы, публично исповедующие родноверие (славянское неоязычество), которое само по себе занимает достаточно маргинальные позиции в современной духовной жизни в России.

Постепенно из т.н. правого рэпа уходят наиболее талантливые его представители. Едва ли сегодня к т.н. правому рэпу можно отнести творчество группы 25/17 (лидер которой Андрей Бледный, по сути, придал когда-то правому рэпу его окончательную форму, дал запал, так сказать) или творчество сибирского рэп-исполнители D-Man 55, или такого рэп-исполнителя, как Денис Луперкаль (создатель Проекта Увечье). Можно констатировать от факт, что «правый рэп» получил наибольшее распространение в 2000-е годы, но к 2013-2014 году перестал быть в мейнстриме и занял позиции довольно маргинальные; сегодня т.н. правые рэперы почти не проявляют никакой политической активности, совершенно не реагируют на современные события в политике и в социуме, и как следствие быстро перестают быть актуальны.

 

б. Левые

Совсем иначе с левым рэпом. Хотя направление под названием «левый рэп» в России никогда не выделялось специально, тем не  менее, есть ряд рэп-исполнителей и рэп-групп, которые по политическим убеждениям идентифицируют себя как левые.

К таким рэп-исполнителям можно отнести Виса Виталиса, рэпера РИЧа, проект «Коба ЧОК» и др.

С некоторым оговорками можно было бы отнести к левому рэпе Артема Саграду (группа «Соль Земли»), однако этого рэп-исполнителя точно так же с оговорками можно было бы отнести и к правому рэпу. О Саграде и его творческом сознании можно было бы сказать словами отечественного левого мыслителя Г.П Федотова: «Наше национальное сознание должно быть сложным, в соответствии со сложной проблемой новой России (примитив губителен). Это сознание должно быть одновременно великорусским, русским и российским» — именно таково творческое сознание Саграды, и об этом предполагается отдельно поговорить в исследовании.

В целом о представителях левого крыла в русском рэпе следует сказать, что они проявляют больше политической активности, их гражданская и мировоззренческая позиция более ясна, нежели у представителей правого рэпа.

 

в. Либералы

Либералы от русского рэпа не так четко артикулируют свою позицию, обозначая её как либеральную. Однако они в целом делают не меньше высказываний, дающих понять, к какому политическому направлению их следует отнести. Это, скорее всего, связано с весьма неопределенным и противоречивым статусом либерализма как политического направления и в целом как мировоззрения в России. В данном пункте исследования планируется принять за образец либерализма политическое мировоззрение, образцы которого были продемонстрированы российскими либералами XIX – начала XX вв., такими П.И. Новгородцев и др.

К условным либералам от русского рэпа можно отнести таких исполнителей, как Баста, Noise MC, Oxxxymiron и др. Предполагается сделать как можно полный обзор творчества этих исполнителей с точки зрения отнесения их к указанному политическому мировоззрению.

 

г. Политически не ангажированные

Как ни странно, но в русском рэпе имеется целый пласт исполнителей и групп, которые не определяют себя политически никаким образом. Это совершенно не ангажированные политически исполнители и группы. Как правило, эти группы проявляют себя более в отношении религиозно-мировоззренческой тематики. О них пойдет речь в пункте пятом предполагаемого исследования.

 

  1. Рэп и религиозные поиски

 

Интерес к политическим проблемам, возможно, является не столь показательным для русского рэпа, как интерес к проблемам религиозного и мировоззренческого характера. Впрочем, как говорит главный герой романа Достоевского «Братья Карамазовы», вопросы о Боге и вопросы о социальном устройстве – это одни и те же вопросы, только с разных концов. Можно даже высказать тезис (спорный сам по себе в своем истоке уже и у самого Достоевского), что русские рэперы, как и «русские мальчики» Достоевского подходят к вопросу социальному и политическому как к вопросу о Боге, только с другого конца.

В этом разделе исследования планируется представить по возможности наиболее полную картину тех религиозных направлений, которые представлены в русском рэпе, начиная с христианства (как православного, так и других конфессий) и заканчивая атеизмом.

 

а. Христианство

Христианство представлено в русском рэпе достаточно широко. Из тех представителей, которые отчетливо проговаривают свою конфессиональную принадлежность, больше половины относят себя к христианской религии.  Такие рэп-исполнители сознательно орудуют в религиозном дискурсе, транслируют религиозные смыслы и актуализируют архетипические религиозные сюжеты.  В этом пункте предполагаемого исследования планируется затронуть такую немаловажную особенность русского рэпа, как профетический пафос. Эту особенность следует отнести к религиозной составляющей русского рэпа, однако профетическое видение естественным образом захватывает в свой горизонт и политические прогнозы. В частности, в отечественном рэп-дискурсе мы часто встречаем буквальные предсказания некоторых событий в политической жизни. Однако профетический пафос заключается, разумеется, вовсе не в том чтобы предсказать буквально какие-либо события. Пророк не предсказывает, пророк бичует свой народ за неправедную жизнь, за несоответствие нравственному идеалу. В русском рэпе мы найдем как раз одни из самых строгих нравственных приговоров современности. В этом пункте планируется подробно рассмотреть религиозную доминанту в русском рэпе со всеми её особенностями на конкретных примерах.

 

б. Космизм и «интегральные исследования», светский гуманизм

В России и в мире последние десятилетия активно развивается направление, которое получило название «Интегральные исследования», или «Интегральная теория и практика», его основатель американский писатель Кен Уилбер. Интегральная теория претендует на статус всеобщей парадигмы, которая сумеет в будущем примирить враждующие ныне мировоззренческие системы.

Видный представитель и апологет Интегральной теории в России – это рэпер с ником МС 1.8, он же в прошлом участник культовой рэп-группы «Многоточие». МС 1.8 не единственный из русских рэперов, кто обращается к Интегральной теории как к мировоззренческой системе и кто транслирует интегральные идеи в своем творчестве, кроме него Интегральной теорией увлекаются также рэпер из Москвы Дмитрий Nekby, интегральными исследованиями интересуются участники популярной ныне среди молодежи рэп-группы ГРОТ (которая на раннем этапе своего творчества явно относилась к т.н. правому рэпу, и этот факт обращает наше внимание на то что рэп является, быть может, сегодня самым активным жанром и самым подходящим для реализации духовных поисков в среде молодого поколения).

Альтернативой Интегральной теории является направление, которое называется русским космизмом. К сожалению, в отличие от интегральной теории, в русском рэпе мы не находим таких исполнителей, которых можно было бы назвать представителями или апологетами русского космизма, однако у многих рэп-исполнителей, которые придерживаются Интегральной теории, встречаются отдельные мотивы и сюжеты, относящиеся к русскому космизму (например, нередко встречаются отсылки к мыслям К.Э. Циолковского или В.И. Вернадского, и даже Н.Ф. Федорова, собственно основателя русского космизма). В данном пункте предполагается подробно рассмотреть, как преломляются идеи интегральной теории и русского космизма в рэп-дискурсе и какая из них более активно разрабатывается в творческом рэп-пространстве.

 

в. Эзотерические практики

К достаточно условному обозначению «эзотерические практики» мы будем относить рэп-исполнителей, чье мировоззрение или эклектично само по себе и тяготеет к эзотеризму, или же отсылает нас к конкретным эзотерическим учениям, например, к Кастанеде или Агни-Йоге. Данный пункт предполагает проделать большую работу по анализу творчества определенных рэп-исполнителей, чтобы разобраться в их мировоззренческих позициях и разместить их на общей мировоззренческой шкале, выделяемой нами для рэп-дискурса. К таким исполнителям будут относиться, главным образом, Смоки Мо, Лок-Дог (Loc-Dog, Лочи) и Ассаи (Алексей Косов).

 

г. “Экзистенциализм”, атеизм, бунт.

Под словом «экзистенциализм» мы также будем объединять весьма далеких друг от друга рэп-исполнителей, которые, тем не менее, можно все-таки попробовать объединить через общую для них экзистенциальную проблематику, прорабатывающуюся, впрочем, каждым из них по-своему и через разные сюжеты и образы. Так, к религиозному экзистенциализму следует отнести группу «Записки неизвестного», которая очень плодотворно работает с религиозно-философскими сюжетами и образами Ф.М. Достоевского. К атеистическому гуманизму однозначно можно отнести рэп-исполнителя Дениса Луперкаля, а также Типси Типа. Близок к экзистенциальным настроениям также Младший Сын Неба (ныне ник этого рэп-исполнителя просто «М»), а также многие рэп-группы, которые традиционно объединяются под названием «абстрактный хип-хоп» (Ночные грузчики, Макулатура, проект «Никого не люблю», 2H Company и др.).

В этой главе планируется сделать одни из главных выводов относительно русского рэпа. Главная сложность рассмотрения рэп-дискурса заключается в том, что представляется невозможным рассматривать русский рэп только как рэп, поскольку русский рэп всегда отсылает нас к чему-то большему, чем только рэп, выражаясь культурологическим языком: рэп-дискурс как микронарратив отсылает нас к макронарративу, к глобальному дискурсу. Русский рэп ввергает нас в пространство русской литературы, русской философии, через русский рэп возможно задать проклятые вопросы человеческого бытия, которые задавали герои Достоевского, льва Толстого, Андрей Платонова и других представителей отечественной русской культуры. В этом огромная просветительская роль русского рэпа, но также и огромные его творческий потенциал, поскольку русский рэп не только отсылает рас к русской литературе, но и сам во многом представляет из себя литературный, а не только музыкальный феномен.

 

Ваш комментарий будет первым

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.