«Хуррамабад» Андрея Волоса, или Судьба прогрессора


Андрей Волос (р. 1955 г.) – один из наиболее самобытных, своеобразных и талантливых современных авторов, лауреат Госпремии РФ, премий «АнтиБукер» и «Русский Букер» финалист «Большой книги», но, тем не менее, малоизвестный для широкого круга читателей. Его книгу «Возвращение в Панджруд», победительницу недавнего «Букера» я купил в «Буквоеде» на Невском едва ли не в полцены. И это прискорбно.

Волос не придерживается неких заданных тем, не перекошен стилистически в какую-либо сторону. Он может поиграть в социальную фантастику в духе Пелевина, но если тот заржавел в своих латах и движется только по кругу, то Волос как будто хаотично мечется от риэлтора к агенту КГБ, а от того — к знаменитому таджикскому поэту, и в этом нет ни натянутости, ни неискренности.

И стилистически его книги шагают широко: от романа в рассказах через антиутопию к роману-алфавиту, а после к городскому фентези, и норовят нырнуть в классический исторический роман.

В общем, автор любопытный, с какой стороны ни зайти, роман гуляющий от Пелевина к Павичу, от Толстого кавказского периода к раннему Прилепину.


«Хуррамабад» – это мастерски исполненный роман в рассказах (см. «Конармию» Бабеля или «Марсианские хроники» Брэдбери). Иначе для того чтобы охватить описываемый в романе период времени пришлось бы писать толстенный роман-эпопею, но каждый рассказ как пунктирная чёрточка проводит в итоге очень осязаемую линию.

Действие книги происходит в вымышленном городе Хуррамабаде и его окрестностях, который подразумевает под собой Душанбе, столицу Таджикистана. Первый рассказ относится, видимо, к  началу 20-х годов и концу 20-го века, соответственно совмещая путешествие жены к молодому мужу красноармейцу по месту службы и её восхождение на кладбище к нему же много лет спустя.

Потом следуют картины трудных 50-х, спокойных 70-х и, наконец, 90-х.

Может быть, к этому времени у читателя уже возник вопрос, почему в заголовок вынесены прогрессоры и кто они, собственно, такие. Термин «прогрессоры» ввели в русский язык советские фантасты, братья Стругацкие (см. «Трудно быть богом», «Обитаемый остров» и др.). Термин этот обозначал группу людей, которые (зачастую, инкогнито) отправлялись в гораздо менее развитое общество, чем их собственное, чтобы повысить уровень цивилизации, культуры, а, следовательно, и общий уровень жизни в нём.

По сути это парафраз, смесь комсомольцев, пассионариев, целинников в одном флаконе. Не секрет, что многие из республик, вошедших после революции в состав СССР, находились на крайне низком уровне развития, не имея даже собственной письменности. И во все эти республики отправились молодые специалисты, которые строили, лечили, учили…

А в 90-е, когда СССР сдулся до границ России, они стали ненужными и даже опасными, а если не опасными, то просто бельмом на глазу, напоминанием о долге, который нельзя вернуть. «Хуррамабад» описывает судьбу постаревших прогрессоров и их детей. И хотя за основу повествования взят Таджикистан, в котором родился и много лет жил Волос, события так зеркальны и актуальны, что в них можно увидеть и события ,происходящие в Латвии с Эстонией и, особенно, на Украине. А ведь роман написан в далёком уже 2000-м году…

Можно посоветовать прочитать несколько наиболее выразительных рассказов, чтобы сложить общее мнение о книге (например, «Свой», «Ужик», «Дом у реки»), но это не даст той переливчатой гаммы ощущений, как при прочтении книги целиком. Не успеешь ощутить тот тягучий недобрый саспенс, бегущий за ворот холодок, когда в таком ярком и солнечном мире, каким Волос рисует город своего детства, начинают пробиваться ростки грядущей гражданской войны, которую нельзя ни предотвратить, ни остановить.

Некоторые герои перемещаются из рассказа в рассказ или упоминаются вскользь, что ещё более цементирует сюжет, и не везде русские персонажи стоят на первых ролях, Волос рисует таджикские типажи так же непринуждённо. И рисует их живыми людьми, которые иногда, однако, сливаются в шумную безжалостную вооружённую толпу.

И хотя антураж стопроцентно достоверен, он всего лишь антураж. Таджиков и русских можно заменить на другие народы или даже поменять местами. Это книга о том, как легко звереет человек, как скоро становится беспощадным, как в считанные дни может рухнуть привычный порядок его вещей. «Хуррамабад» – в первую очередь книга-предостережение. И уже потом широкий пласт романтических воспоминаний о городе, который уже не вернуть, о мире без прикрас, но полном жизни, которую внезапно вытесняет смерть; о продавцах лепёшек, сотрудниках НИИ, бандитах, пенсионерах и генералах боевиков.

И ещё о возвращении в Россию, которое выпало многим и с которым немногие свыклись. Так сыновья всевозможных наместников и губернаторов Британской Империи на островах в Индийском океане, не помнившие Туманного Альбиона, не хотели возвращаться в хмурый официальный и чужой Лондон. Последний рассказ посвящён именно этому.

Получив «Антибукер» за свой первый роман «Хуррамабад», Волос, спустя десять лет получил «Букер» за роман о жизни выдающегося таджикского поэта Рудаки. Такая крепкая привязанность к теме «русского востока», может говорить лишь об искренности всего написанного автором в «Хуррамабаде».

Поэтому, на мой взгляд, «Хуррамабад» – одна из самых актуальных книг для всего постсоветского пространства, а Андрей Волос – один из самых недооценённых авторов современной русской литературы.


Авторство: Дмитрий Николов

1 комментарий

  1. Евгений Лин
    Ноябрь 13, 2017
    Ответить

    Спасибо автору за обзор. Возьму на заметку

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.