Репортаж с концерта и большое интервью с группой 25/17 совместно с журналом «Записная книжка христианина»

«Оживить неживого» – репортаж с концерта 25/17

24 марта город Рязань с концертом посетила группа 25/17. Коллектив исполнил программу «ЖИВОЙНЕЖИВОЙ», которая включила в себя ряд песен с мини-альбомов «Просто» и «Солнцу навстречу», а также шлягеры из более ранних работ. Некоторые из этих композиций обрели новое, актуализированное, звучание, подарившее им вторую жизнь, в том числе и концертную.

Впрочем, это только одна сторона медали, ведь сказанное выше относится к части программы под названием «НЕЖИВОЙ». Раскрывая смысл такого названия можно сразу дать характеристику этому концертному перформансу: треки, включенные в эту часть, сопровождаются исключительно электронными аранжировками, и исполняются, соответственно, под бит. Что касается «ЖИВОГО», то несложно догадаться, что это песни, записанные и исполненные с превалирующим участием или исключительно под живые инструменты. Здесь можно услышать композиции, выпущенные на альбоме «Пар», «Русский Подорожник», «Песни о Любви и Смерти», «Зебра», а также некоторые синглы, не вошедшие в номерные пластинки.

Благодаря такому концепту слушатель имеет возможность выделить для себя треки на любой музыкальный вкус, что, в принципе, сразу становится ясно исходя из палитры дискографии группы.
Если говорить об эмоциях и впечатлениях от такого концертного репертуара, то можно отметить действительно неслабый контраст между первым – «неживым» и вторым – «живым» часом концерта, причем субъективно последний звучит убедительнее. Вызовет еще более глубокий контраст сравнение нынешних концертов, и, например, концертов периода 2013-2015 года. Заметен довольно большой скачок в живом исполнении, где песни – это не просто два припева, два куплета под гитары, а сочные и яркие номера, разжигающие целые костры среди слушателей самых разных возрастов.

И костры заключаются не только в уже ставшим традицией жжением фальшфейеров, а еще и в мощной энергетике, которую по принципу обратной связи отдает публика, охотно принимающая интерактивное участие в выступлении. Никак не обойти стороной экспрессивный слэм, в который погружаются короткостриженые крепкие парни, часть из них отличается символикой «Лёд 9» на футболках – это представители «ХГП» (худшей группы поддержки), взбудораживающие окружающих своим хороводным полутанцем-полуборьбой.

Каждый, кто придет на выступление 25/17, сумеет отыскать нужные отдушины, в которые сможет выплеснуть свои эмоции: петь в унисон, “качать”, танцевать, слэмиться. Да и просто наслаждаться любимыми песнями.

Поистине оглушительная атмосфера, яркость, мастерство и энергия коллектива, задор и драйв слушателей – вот самое подходящее описание этого концерта.


Беседа с группой 25/17 совместно с журналом «Записная книжка христианина»

«ЖИВОЙНЕЖИВОЙ». Рок и рэп в творчестве 25/17

Андрей (Orthodox Way): К нам в город вы приехали с программой «ЖИВОЙНЕЖИВОЙ». Ее особенность состоит в том, что выступление поделено на 2 части: рэп и рок. Какой из этих жанров вам нынешним интереснее, и в каком наиболее комфортно работается?

Антон: Нам Захар на программе «Соль» задавал подобный вопрос, с того времени ничего не изменилось, ответ – лично для меня – живой звук. Играть с музыкантами гораздо интереснее. Наверное, эпитет “интереснее” здесь будет уместен. Больше жизни, больше вариаций, больше эмоций. До этого мы более десяти лет пели под минус, так что “живаго” – это наше все сейчас.

Александр (Rapsodos): В данный момент вас слушает как “рэп-“, так и “рок-“ аудитория, например, те, кто узнал о вашей группе по эфирам и чартам «НАШЕго Радио».
Конечно, в 2017 году несколько грубовато делить формат музыки только на черное и белое, но, как вы сами говорите, в рэпе вы находитесь одной ногой, а в роке другой.
Исходя из этого такой вопрос: комфортно ли себя ощущаете в таком положении? Учитывая, что в глазах рэп-аудитории вы не являетесь какими-то фрегатами моды, и, скажем, рок-аудитория тоже пока несколько скептически относится, если судить по отзывам, например, на «НАШЕм Радио».

Андрей Бледный: Я бы тут не стал обращать внимание на скептические комментарии в «контактике», они есть всегда, неважно, о каком исполнителе идет речь. Если бы за этим было что-то кроме русского народного задушевного интернет-хейта, то нас не приглашали бы выступать на все эти фестивали. Мы не рассуждаем такими категориями, как целевая аудитория: тут у нас рэперы, тут рокеры. В 2017-ом году это смешно.

Антон: Если брать статистику комментариев в тематических пабликах, то я наблюдаю послабление с обеих сторон. Слушатель взрослеет, музыки сейчас очень много, она разная и границы стилей все менее заметны. Хорошо, что многие это принимают. Получается, что рокеры начинают слушать рэп, а рэперы – рок. Мне кажется, курс у нас верный.

Андрей Бледный: После саундтрека к фильму «Judgment Night», который вышел двадцать с лишним лет назад, мне кажется, рассуждения о субкультурном антагонизме – глупость, повторюсь.

Александр (Rapsodos): Согласен, получается, что это уже какой-то архаизм. И все же, произойдет ли все-таки когда-нибудь полное прощание с сугубо рэп-звучанием, либо рэп останется как максимально удобная для вас форма исполнения?

Антон: Мы особо не делим альбомы по характеру звучания на “живой/не живой”. Всё зависит от поставленной нами задачи, и от того, какие инструменты мы выбираем для выражения наших мыслей. Нужен рэп? Будет рэп. Глупо как-то открещиваться от этого, а зарекаться – тем более. Так жизнь нас учит.

Андрей (Orthodox Way): Антон, вопрос вам, как к композитору. При создании новых композиций, интереснее работать с живыми инструментами или с компьютером и техникой?

Антон: Сейчас интереснее работать с партиями живых инструментов. На крайних наших релизах я немного наигрался во всю эту электронику и актуальный звук. Понял, что могу, ну и отлюбил как-то все это. Сейчас есть азарт сделать живые версии некоторых вещей с тех альбомов, вот это задача, и мы ее выполним.

Андрей Бледный: Забавно то, что некоторые рэперы воспринимают меня как такого бабайку, который рэп не любит, критикует. Но на самом деле, если бы не я, у нас в коллективе уже давно никакого рэпа и не было бы. Было время, Антон Владимирович вообще отказывался читать рэп, делать биты, приходилось его подкупать, шантажировать, запугивать (смеется).

Александр (Rapsodos): В беседе с Дианой Арбениной вы немного рассказали о том, как создаются аранжировки, например, наиграл на бас-гитаре риф – показал Богдану (бас-гитарист группы).
Опишите, как чаще это происходит, совместно? Либо все-таки ты (Антон), чаще инициатор основной линии инструментала?

Антон: У нас нет каких-то отработанных схем по созданию песен. Бывает так, что Андрей Александрович приносит, навскидку, Pj Harvey или Korn, я загораюсь идеей, поддерживаю. Мы отчасти аферисты: мы берем все лучшее, что нам понравилось отовсюду и делаем из этого что-то новое. Бывает, даже удачное сочетание слов может служить первым элементом для создания песни.

Александр (Rapsodos): Участвуют ли ваши музыканты в процессе создания идей аранжировок?

Антон: В музыкальном плане музыканты привносят очень много, и особенно сейчас, в работе над новым альбомом. Даже раньше, когда придумывали «Пар», уже тогда им было где развернуться. Например, в песне «Подорожник» основной риф придумал Богдан Юрьевич.

Андрей Бледный: На первом этапе у нас диктатура и тирания (улыбается). Потом, когда уже есть первые наброски, подключаются парни.

«Умереть от счастья», новый мини-альбом

Андрей (Orthodox Way): Андрей, можно ли назвать новый мини-альбом «Умереть от счастья» самым личным для вас? Не было ли каких-то опасений настолько раскрываться перед слушателями, среди которых, как вы сами говорите в композиции «Просто»: “тех, кто поймет – мизер”?

Андрей Бледный: Все, чем я занимаюсь, – это монетизирование своей боли, печали, тоски, так что это дело привычное. Если не болит, то и песни не пишутся, а слушатель всегда чувствует, насколько ты откровенен и искренен.

Андрей (Orthodox Way): Тема осмысления прожитого, тема боли прослеживается во многих крупных работах 25/17 («Чернотроп», «Следопыт», «Как дети», «Вся моя жизнь на городской карте» и т.д.). «УоС» же полностью посвящен этой проблематике. Что заставляет вас вновь и вновь возвращаться к этой теме?

Андрей Бледный: Для меня это во многом психотерапия, сочинил песню – отпустило.

Александр (Rapsodos): Я заметил, что во многих рецензиях критики говорят о том, что альбом «УоС» мрачный, и при этом ностальгический.
А имеет ли он какую-то определенную задачу, вложенное высказывание, месседж? Либо по большей части это просто рассказанные тобой истории?

Антон: У нас на протяжении всего творчества цель одна – рассказать о любви и смерти (улыбается).

Андрей Бледный: Я последнее время избегаю таких формулировок, нельзя лишать слушателя свободы понимания и интерпретации. Кидаешь камни в водоем, ждешь, что на воде будут круги, а иногда там квадраты и треугольники, но это даже интересно. В «УоС» нет изначально заложенного месседжа, можно попробовать что-то сформулировать, но, честно говоря, не хочется.

Александр (Rapsodos): Как сказал в своей рецензии Сергей Спайкер, некий закрытый личный гештальт.

Андрей Бледный: Спайкеру так показалось, у кого-то будет другое мнение, все зависит от возраста человека, от его личного опыта, интеллектуального бэкграунда. Нельзя лишать слушателя свободы восприятия. Мне интереснее рассказать историю, а выводы пусть делают слушатели. Учительствовать очень не хочется.

Александр (Rapsodos): Расскажите вкратце, как проходили встречи и запись приглашенных на альбом артистов? (Ёлка, Ноггано, Лок Дог, Глеб Самойлов, Сергей Летов).

Андрей Бледный: На этом альбоме использованы исключительно сэмплы из песен стран социалистического лагеря того периода. Андрей Иванович (КИТ) сделал наброски, лупы, я под них писал тексты, потом Антон Владимирович с Андреем Ивановичем уже продолжили работу на студии. Мы сперва записали весь материал в демо-версии, и дальше думали, решали, кто нам нужен, а кто не нужен.

Антон: Изначально была идея оставить биты Андрея Ивановича нетронутыми, выпустить этакую классику, потом послушали и поняли, что нарочитая архаика это чересчур – не совсем то, чего мы хотели. Это не говорит о том, что КИТ сделал что-то не так, в моих глазах он один из лучших битмейкеров старой традиции. Сотрудничество с ним – мой бесценный опыт. Мода приходит и уходит, а то, что мы так любили – останется навсегда, по крайней мере для нас. Просто пришла ясность, что мы можем сказать больше и интереснее в музыкальном плане. Поэтому и появился некий экзоскелет из современных звуков, синтов и плотных низов.

Андрей Бледный: Старались сохранить дух девяностых, грув, кач, который был в рэпе того периода, но не делать мох. Изначально мы с Антоном исполняли все припевы в меру возможностей, пробовали варианты. Потом я просто позвонил Ёлке, Василию, Глебу, Саня на студию заскочил…
Лиза (Ёлка) приехала к нам, послушала треки, мы рассказали о концепции альбома, как мы это видим и как это будет на сцене. Мы планировали сделать концерт-спектакль – это материал не для больших площадок. Ей все понравилось, записались. Также с Глебом, он послушал, сказал, что это настоящий рок-н-ролл (улыбается).
Нам главное было, чтобы люди в резонанс вошли, мы же не просто так их пригласили, не руководствовались какими-то конъюнктурными соображениями. Там все на своем месте.

Антон: Я был очень вдохновлен работой с Василием. Это то, по чему я по-настоящему соскучился, по такой работе, когда что-то на ходу придумывается, когда нет страха что-то пробовать. Он придумал шикарное, на мой взгляд, вступление к «Голубям», спел в один дубль без всяких репетиций. Это же круто!

Андрей Бледный: Летов приехал и столько дублей наиграл – любой бери.

Антон: Мы голову сломали, какой отбирать. Он не из тех музыкантов, которые просто хорошо владеют инструментом, могут держаться в гармонии, изображать какие-то музыкальные фигуры. Сергей пел саксофоном, не знаю, как по-другому это назвать, там есть важная мысль. Ощущение, что он тоже хочет тебе что-то рассказать.

Предстоящий альбом «Ева Едет в Вавилон». Видеовизуализация творчества

Андрей (Orthodox Way): Выход «Русского Подорожника» предварил “Ключ”, в котором вы задали основные направления альбома, обозначили, если можно так сказать, символику работы. Можете ли вы рассказать о концепции готовящейся работы «Ева едет в Вавилон», о “ключах” к ней.

Андрей Бледный: Если про значения и символизм подорожника мало кто знал, то кто такая Ева и что такое Вавилон не надо никому объяснять.

Александр (Rapsodos): Как будет звучать «Ева едет в Вавилон», чего ждать слушателю, лайт-рок или наоборот, потяжелее, например, как «Русский Подорожник»?

Андрей Бледный: Могу сказать точно, что это не будет похоже на «Русский Подорожник».

Антон: Наш слушатель, который знает нас не только по крайнему альбому, может наблюдать, что мы изо всех сил стараемся избегать самоповторов, как по звучанию, так и по концепции. Поэтому пусть все остальное останется за кулисами. Скажем только, что так мы еще не делали (улыбается).

Александр (Rapsodos): Будет ли эта пластинка, как «Русский Подорожник», сопровождаться серией видеоклипов?

Андрей Бледный: Мы очень надеемся, что у нас получится сделать видеоверсию альбома.

Александр (Rapsodos): Есть ли в планах в ближайшее время выпустить какие-нибудь видеоклипы?

Андрей Бледный: Нет.

Александр (Rapsodos): Серия ваших крайних видеоклипов снята Андреем Давыдовским. Почему сугубо этот режиссер, его стиль работы, видение наиболее близко к идеям песен и используемым образам?

Андрей Бледный: Мы выбираем режиссера, исходя из стилистики. Я, например, не представляю клип на «Черную кассу», снятый Юлией Ауг или Семеном Шороховым. Мы давно с Андреем дружим, общаемся, он нас очень хорошо знает, понимает, какие-то вещи давно не надо объяснять.

Андрей (Orthodox Way): Расскажите, как происходит процесс работы с режиссерами. Вы просто даете им генеральную идею, в рамках которой они работают, или проговариваете с ними все до деталей?

Андрей Бледный: По-разному, спроси о каком-то конкретном клипе.

Андрей (Orthodox Way): Например, «Черная касса».

Андрей Бледный: Визуальный ряд – это идея Давыдовского, я предложил сделать три разных финала клипа. У нас есть доверие к Андрею. Хотя с «Черной кассой» было забавно, когда мы приехали на площадку, особенно Антону…

Антон: Это прозвучало как шутка. Я у Давыдовского спрашиваю, что будет в клипе, он говорит: «Телки, карлики и бабки», я засмеялся, а так оно и оказалось (смеется).

Идеология группы и ее нынешние настроения

Александр (Rapsodos): Как в данный момент позиционирует себя 25/17 в социально-политическом плане? Есть ли смысл сейчас говорить о тех проблемах (в широком смысле о положении и конъюнктуре нашего общества), которые затрагивались вами, скажем в 2010 году? Творчество тех лет было, как мне кажется, на острие.

Антон: Мы и тогда были аполитичны. Точка зрения есть всегда, есть артисты, которые эту точку везде афишируют, порой слишком настойчиво и навязчиво. Мы никогда таковыми не были.

Андрей Бледный: Очень не хочется сочинять агитки, от этого мы бежим, а многие от нас до сих пор этого ждут. Если про остроту высказываний, то мне кажется, наш альбом «Просто» поострее многого сказанного в 10-х годах, но мы стали говорить более сложно, менее в лоб. Возможно, из-за этого у тебя сложилось такое впечатление.

Александр (Rapsodos): Как, например, подмечал Андрей Коробов-Латынцев, это некая культурная провокация.

Антон: Культурная провокация есть в каждом нашем альбоме, почти в каждой песне, где-то ярче, где-то не так явно. Я знаю, что Андрей Александрович так считает, что без этого творчество становится пресным, беззубым.

Александр (Rapsodos): Как сейчас обстоит ситуация с наличием ваших песен в “чарте” ФСЭМ, не собираетесь ли никак оспаривать решение федеральной службы?

Андрей Бледный: Наши юристы пытались что-то сделать, но, во-первых, на это надо потратить время, которого у нас не хватает, во-вторых, этих песен нет в наших концертных программах очень давно. Каждый раз, когда мы узнаем, что наш трек попал в этот список, мы с недоумением так переглядываемся (молчание). Вот такая пауза обычно возникает.

Антон: В Москве, Питере и других больших городах, у людей, радикально настроенных в плей-листах в соцсетях наши песни уже не встретишь, потому что ни для кого не секрет, что мы уже коммерческая популярная группа (улыбается). А в регионах, в глубинке у таких людей там может и группа Любэ оказаться, вот это будет уже интересно.

Андрей Бледный: Дело в тех специально обученных людях, которые где-то в провинции таким способом оправдывают свои зарплаты, вот они борются с экстремизмом, с терроризмом, поймали в «контакте» песню, все в порядке, все под контролем, работа идет, страна может спать спокойно (улыбается).

Антон: Шутки-шутками, а буквально недавно мы читали, что люди реально страдают из-за подобного. Я понимаю, что это нормальные обычные люди, но за такое можно легко получить пятнадцать суток, вот тут смешного мало. Это неприемлемо.

Андрей Бледный: Мы узнаем об этом всегда задним числом, через несколько месяцев, никто никого не ставит в известность, я ни разу не видел никаких результатов экспертиз. Нас ни разу не приглашали на разговор, а я был бы и не против поговорить об этом.

Антон: Вы же понимаете, как это работает: у человека нашли в «контакте» песню (может быть, даже хорошую), которая приплюсована к каким-то запрещенным видеоматериалам, призывам, пропаганде и т.д. И все в одну кадку. Подводя итог, теоретически там может оказаться любая песня любого исполнителя, которая просто запала в душу какому-нибудь радикально-настроенному элементу.

Аудитория и дальнейшие планы 

Александр (Rapsodos): Вновь возвращаясь к творчеству, хотелось бы задать вопрос о сегрегации слушателей, о которой, например, были строчки в альбоме «Пар». Заметно, что песни и альбомы группы с годами несколько усложняются по смыслу, становится больше так называемых культурных кодов, метафорических шифровок, отсылок.
Есть ли в этом какая-то ваша личная задумка? Связано ли это с тем, что в данный момент хотелось бы видеть несколько другую аудиторию, к примеру, более взрослую? Или все-таки нет никакой целенаправленной сегрегации?

Андрей Бледный: Умные мальчики и красивые девочки – вот наша идеальная аудитория.

Антон: Слушают песни и дети, им нравится. Я, конечно, знаю, почему им нравится. Нашу музыку бедным деткам ставят принудительно их родители, которые ходят на наши концерты. Таким образом, они растят нашу армию, ведь дети вырастут и повалят к нам отдавать свои деньги за билеты в фан-зону! Мы – популярная коммерческая группа (смеется).

Александр (Rapsodos): Что можете сказать о притоке аудитории, как сейчас это выглядит в целом? Это больше именно взрослой аудитории с каким-то культурным базисом или все-таки преобладает количество молодых слушателей?

Андрей Бледный: Часть аудитории взрослеет вместе с нами, появляются и новые слушатели, в целом, я могу сказать, что слушателей стало больше. Если рассматривать, например, статистику группы в «контакте», то там слушателей младше восемнадцати лет сейчас не более пяти процентов.

Александр (Rapsodos): По традиции не можем не поинтересоваться в каком состоянии сейчас пребывает сайд-проект Лёд 9. Имеются ли какие-то наработки, записи? Каков вообще прогноз по поводу проекта, будет ли вам что сказать в рамках его концепции?

Андрей Бледный: Проект в замороженном состоянии. Идеи есть.

Антон: Мы решили так, что сейчас закончим с альбомом «Ева едет в Вавилон», а там посмотрим. Время покажет.

«Молодой папа». Церковь

Андрей (Orthodox Way): Следующий вопрос вам, как большим любителям сериалов. Ближе к концу прошлого года свет увидела работа итальянского режиссера Паоло Соррентино «Молодой Папа». Смотрели ли вы ее, какое впечатление она произвела?

Антон: Мне сериал понравился. Понравилось и как он сделан, и даже посыл. Да простят меня братья и сёстры. Согласен, много спорных моментов, и понимаю, почему многие христиане не согласятся с моей оценкой. Но уж если говорить о культурной провокации, там в этом смысле всё брызжет и шкварчит.
Джуд Лоу прекрасен, Соррентино крут, картинка на высоте, отличный саундтрек. Да, бывает так, что на первом сезоне вся магия и заканчивается. Надо дождаться продолжения, тогда получится сформировать мнение до конца.

Андрей Бледный: Сериал понравился, понравилось то, что в нем нет дидактики, однозначной трактовки. Смотрели, обсуждали в группе, с друзьями, здорово, что это порождает обсуждение. Это же не просто сериал про бандитов или каких-то рыцарей, или о наркоторговцах, я вспомнил все популярные сериалы? (Улыбается). Это уводит в другую плоскость, понятно, что на поверхности картинка, саундтрек, а потом уже начинаются разговоры о других материях. Хотя, кого-то этот сериал, возможно, оскорбил.

Андрей (Orthodox Way): В центре истории стоит папа Пий Тринадцатый, который через весь первый сезон несет достаточно принципиальные и радикальные, для современного общества, взгляды.
На ваш взгляд, Церковь должна иметь такую жесткую позицию или все-таки быть более гибкой, привлекательной и удобной для людей вне зависимости от прописных истин?

Антон: Я считаю, что церковь должна служить идеальным инструментом для того, чтобы человек пришел не просто в храм, а к Богу. Если она эту задачу выполняет, то это правильная церковь. Это не аппарат для сбора средств, порабощения и навязывания идей. Прежде всего, она должна развить ТО САМОЕ чувство в человеке. Да, община, собрание это все необходимо, но важнее всего то, что у человека внутри – зерно веры, которое церкви необходимо взрастить и уберечь, а уж при каких обстоятельствах оно было посажено – вопрос второстепенный. Отдалить от себя верующего в начале пути гораздо легче, чем вернуть его, но человек сам не должен забывать, что служители церкви или те, кто туда приходят, – они в первую очередь люди, а многие, к сожалению, об этом забывают.

Андрей Бледный: С одной стороны, церковь должна быть для всех, а с другой стороны, она не для всех. То есть прийти может каждый, но не каждый там останется.

Александр (Rapsodos): Я думаю, это зависит от того, как человек будет чувствовать, как будет резонировать с церковью как со связующим звеном. Что церковь сможет дать человеку, чтобы человек в ней остался.

Антон: Многие обращают внимание на оболочку, на людей, на их качества, но не смотрят глубже. Все от того, что нет желания двигаться в этом направлении. Потому что путь сложен, а люди всегда пытаются идти по пути простому.

Заключение

Александр (Rapsodos): В заключение скажите, что вы хотели бы пожелать слушателям, и не только слушателям, ведь ситуация как в стране, так и вообще в мире очень непредсказуема. Что нас ждет завтра, и есть ли у вас к этому какое-нибудь напутствие для людей, которые пытаются жить правильно?

Андрей Бледный: Мы от напутствий и нравоучений воздержимся.

Антон: Я на своем примере могу сказать, то, о чем мы говорим – это такой предмет, который одними словами и напутствиями с места не сдвинешь. Многое из того, что касается веры и духовного опыта, сложно в доступной форме объяснить словами. Я точно так не умею. Как бы это патетично не прозвучало, мне кажется, мы гораздо больше уже сказали, и, надеюсь, еще скажем песнями. Там есть много примеров, там все гораздо более емко и наглядно.

Андрей Бледный: Я не чувствую морального права учить, давать какие-то советы, самому еще учиться и учиться. Я такой же грешник, во многом более ужасный, чем, наверное, многие наши слушатели. Такой же нуждающийся в прощении и спасении человек. Жив Господь, вот на этом и закончим.


Беседу вели Андрей Авдюхин и Александр Олейников.

PS. Благодарим группу за уделенное время и оглушительное выступление. Спасибо за участие Даниле О. и Олегу Х.

1 комментарий

  1. Отличное интервью! Спасибо всем кто причастен) читала с интересом, улыбалась от души, люблю вас шикарные дядьки! Про армию детей и фанзоны эт про нас))) третий подрастает, в пятницу годик, мужик реагирует на голос Андрея как на сигнал, качает попой в такт битам и вещает чтото на своем языке! Дети чувствуют честность и правду! Спасибо Богу за Вас! Увидимся в фанзоне😜👍👍👍

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.