РИЧ: «Рэп – это олимпиада для дураков»

11214194_1073894842644742_5735247425488753180_n

 — РИЧ, расскажи в двух (или более!) словах о концепции альбома. О чем он, за что, против чего, основные темы, проблемы. Кто участвует.

РИЧ: EP будет называться «У дома».

Все дома из моего детства, отрочества и юности будут задействованы в альбоме: дом, в котором я рос; дом, в который мы въехали с моей молодой женой; дом, в котором повесился мой друг.

Альбом о моем провинциальном городе, в котором я сформировался, о детстве, о дружбе.

Звук будет не модный, но интересный, за него хорошие ребята отвечают. С Хаски совместка будет.

Что думаешь нынче о рэпе, способен ли все же рэп как творческое высказывание повлиять на что-либо, вправить мозги кому-то, глаголом жечь сердца людей и т.д., или же это уже просто вопль воинственного отчаяния в пустоту немоты и глухоты?

— Слишком много ты вверяешь рэпу.

Рэп – это водный пистолетик в руках ребенка, кто-то идет и хвастается этим пистолетиком, кто-то начинает размышлять, для чего ему нужен этот пистолет, задает серьёзные вопросы, кто-то идет из него стрелять в людей, но стреляет водой.

Рэп – это олимпиада для дураков.

Вправлять мозги надо не рэпом, а хотя бы книгами.

— Какими книгами вправляют мозги?

В художественной литературе есть всё, чтобы человек приблизительно понимал, что есть жизнь.

Человек, который прочитал и более-менее понял сто классических книг, навряд ли будет считать себя венцом творения, как это сейчас принято, такой человек уже не будет склонен к пошлости.

«Благоволительницы» Литтелла, «Покорность» Уэльбека, «Ненастье» Иванова, «Семь жизней» и «Непохожие поэты» Прилепина – это то, что я могу порекомендовать из наиболее свежих произведений.

— Это из свежих, тут понятно (кстати, чем тебя последний роман Уэльбека впечатлил?), а если из классики? Скажем, десятка книг от РИЧа? Т.е. я имею в виду не те, которые объективно надо читать, поскольку тут десяткой не ограничишься, но именно  твою десятку классических книг.

Это будет выглядеть странно, потому что я не считаю себя экспертом в литературе. Перечислю несколько авторов, потому что вычленять десять книг я охерею.

Достоевский на меня произвел большое впечатление, некоторые книги я перечитывал.

Лев Толстой однозначно. Чехова я почти всего прочитал. Лимонов уже можно сказать живой классик. Гоголь, Куприн, Газданов, Мариенгоф, Хэм, Миллер, Камю.

У Уэльбека тонкое чувство юмора и острое восприятие действительности, в последнем романе он отлично проявил оба эти качества.

Коллеги по цеху все более уходят в чистое искусство, творчество ради творчества, музыку, чтобы всегда можно было отговориться, что это искусство, мол, извините, никакой политики. Ты по-прежнему считаешь, что всякое мировоззрение имеет политическое измерение?

— Есть определенный штамп. Человек думает, что там наверху сидят злые жадные мудаки и делят всё, что можно поделить (и в этом есть часть правды, но не вся), поэтому он не будет высказывать свое мнение по чему-либо, потому что это всё политика, и он в этом дерьме не участвует, такой, знаешь ли, независимый, прошаренный человек, живущий по принципу «моя хата с краю».

Я не говорю, что искусство должно быть политизировано, совсем нет. Но любое искусство зависит от политического строя, это надо понимать. Если ты не вмешиваешься в политику, политика вмешивается в тебя.

Пора бы уже, конечно, соответствовать месту, в котором мы живем, а не врубать инфантильного служителя муз.

— Что это за место, у тебя ведь есть свое определение?

— Это огромная территория с уникальной природой, с непостижимой историей и с особенным характером.

Люди, которые здесь жили и которые сейчас здесь живут, вызывают у меня восторг.

Поэты, отвечающие стволами за базар. Писатели, на которых молится весь мир. Предводители-бунтари и правители, с которыми всегда считались. Народ, который при необходимости сделает всё, что угодно.

Поэтому я не буду скромничать.

— И не надо, конечно! У Захара есть сборник, называется «Я пришел из России». Я думаю, слова Захара можно применить и к тебе. Я тут же вспоминаю Ницше, который говорил, что честь человеку должно делать не только то, откуда он идет, но, прежде всего, то, куда он идет. Куда ты идешь, Рич?

Захар однозначно очень во многом на меня повлиял, в отличие, кстати, от Ницше, хотя я его тоже с большим интересом изучал.

Я не знаю, куда я иду.

Я родился в Калининграде, потом переехал в небольшой город Новомосковск в Тульской области, последние три года живу в Бутово (Москва), я открыт к любым уголкам России, лишь бы было интересное дело, любимая жена и верные друзья у меня уже есть.

Можно ли быть трушным рэпером и при этом оставаться аполитичным? Лок Дог вот, как мне думается, пример подобного равновесия. И вообще кто из отечественных рэперов тебе близок по духу? (т.е. из дальних, а не из ближних)

Конечно, можно, лишь бы эта аполитичность не заканчивалась ужином с Саакашвили.

А Лок Дог хороший тип, и в творчестве, и в жизни. 25/17 отличные ребята. С Рем Диггой не знаком, но думаю, он тоже ровный парень. Есть еще хорошие исполнители, но, честно говоря, большинство рэперов меня слегка подбешивают. Чуваки на полном серьёзе валят такую пургу.

— Ты можешь в конкретных определениях заявить свою собственную политическую позицию?

— Крым наш. Новороссии быть. Нам не надо двигаться на Запад. Капитализм – это зло.


Поблагодарить автора альбома можно здесь Сбербанк 4276 8380 6901 4415


 

Ваш комментарий будет первым

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.